МАСКАРАД ИЛИ ЮМОР В ТАРО II

 История Таро согласно Сатирикону

(то, что внимательный читатель может почерпнуть по истории Таро из современных источников)

Эпоха Возрождения

В эпоху Возрождения в истории Таро наступает уже полная кутерьма. Свершилось зловещее предсказание Трисмегиста: Таро попало в руки добродетели!
По страницам истории кто только ни запрыгал и ни забегал! Алхимики, иезуиты, великие маги и основатели английского материализма... Кирхер с Горапполоном, Сен-Мартен с Нострадамусом, Френсис Бэкон со Сведенборгом, и ещё то ли Постель с Фламмелью, то ли Фламмель с Постелью...
«Интеллигибельная сублимация нуменальности, — свято подражая их учениям, повторит в XX веке великий Шмаков перед тем как сбежать в Америку, — не есть сублимационная нуменальность интеллигибельности и подавно не есть нуменальная интеллигибельность сублимации!».
Такие мастера, как Леонардо, Босх и Дюрер напропалую рисуют карты, ещё не зная, что это карты — о сём дознаются лишь в наше время. Народ довольствуется грубыми поделками вроде «Марсельского» Таро, а также какими-то там «минчиате» и «тароччи», детальных сведений о которых сохранилось ещё меньше, чем сведений о фараонах.
Здесь же нашли себе занятие астрологи. Одному из них, по имени Тихо Браге Серебряный Нос, впоследствии жестоко отомстили авторы нашего времени, а именно — он умер тремя смертями сразу: был сожжён на костре, погиб на пиру от мочевого удара, а также просто пропал без вести.
В особенной моде, как и сейчас, было предсказывание концов света. В феврале 1524 года, люди, перепуганные тем, что конъюнкция всех планет произойдет в Рыбах, уже и не знали куда деваться: то ли начинать рыть могилы, то ли вставать в очередь за керосином. Как указывает Кавендиш в переводе Ланиной, в преддверии неминуемого Потопа, «приор церкви святого Варфо¬ломея предусмотрительно свез в крепость Хэрроу-на-Холме двухмесячный запас провизии и предпринял необходимые меры для того, чтобы очистить ее от людей». Это неоспоримо свидетельствует: в состав провизии тогда входили и люди тоже.
В-общем, жутковатое время было...

Века XVIII-XIX
 
Скажем прямо: кто кого породил — то ли Эттейлла де Гебелина, то ли де Гебелин Эттейлу — наука уточнять затрудняется.
Известно лишь, что оба жили во Франции, и что, вот удивительно, оба в один день и в один час увлеклись Таро, случайно присевши перекинуться Старшими Арканами в переводного дурачка. Кем были те таинственные приятели — пережившие свой век древнеегипетские фараоны или просто Тот Самый Гермес Трисмегист в компании закадычных инопланетян, — история умалчивает. 
Господи, да ведь это же творение древнеегипетских жрецов! — вдруг догадался дипломированный впоследствии Уэйтом археолог де Гебелин.
Господи, да ведь это же творение древнеегипетских магов! — вдруг догадался не столь прославленный в археологии дилетант Аллиетте.
Алиетте был адептом крайне рассеянным, чрезвычайно увлечённым тайными науками. Он был рассеян до того, что стал писать свою фамилию наоборот и превратился в Эттейллу.
Работая цирюльником, Эттейлла, бывало, до того замечтается, что то сделает иной мадам причёску «а ля Змееносец», то на макушке месье выстрижет знак Козерога... Это вызывало справедливые нарекания, и бедный Эттейлла, вместо того, чтобы и дальше создавать шедевры парикмахерского искусства, вынужден был засесть писать книги о Таро. Там он тоже настолько всё запутал, что основал свою школу.
Не таков был серьёзнейший учёный Курт де Гебелин. Начнём с того, что существовал он сразу в трёх ипостасях: де Гебелин, де Жебелин и просто де Жеблен, однако все трое, что удивительно, писали и изучали одно и то же. Впрочем, трудов их бурной деятельности до наших дней не сохранилось. Имена эти давно стали легендой, а к чему легендам какие-то достоверные свидетельства?
Особенно ярко этот принцип высветился, когда некий молодой дилетант по имени Франсуа Шампольон дерзнул открыть ключ к прочтению древнеегипетских иероглифов и... о ужас!
Неожиданно выяснилось, что неизвестные осквернители памяти духовных предков умудрились уничтожить все исторические памятники и документы, касающиеся древнего знания.
Ни кирпичика, ни клочка папируса, ни скульптурки, ни фресочки, где бы хотя бы косвенно упоминалось о Таро!
И напрасно искали адепты, и напрасно молили Тота Гермеса послать им хотя бы косвенные свидетельства о великих таинствах и посвящениях!.. Увы... им попадались лишь жалкие тексты легенд и мифов, никому не нужные стихи и песни, и годные лишь в мусорную корзину исторические хроники...
Пытаясь стереть в архивах египтян самую память о Таро, злодеи не толь¬ко искусно подделали все без исключения надписи и рисунки на камнях папирусе, но не остановились перед осквернением Великой Пирамиды Хеопса. Из погребальной камеры фараона было украдено буквально всё, включая не только мумию, но и многотонную каменную крышку от саркофага! Помимо этого, не удовлетворившись содеянным, неизвестные варвары начисто стёрли со стен исконные изображения Великих Арканов!
Ныне при входе в Великую Пирамиду — это жалкое сырое обиталище москитов и летучих мышей — можно заметить лишь одну небольшую надпись, что в шутку оставили американские археологи. И всё!
Кто так сумел постараться? Полчища варваров, что обычно со знанием дела разрушают самые выдающиеся памятники истории и культуры? Или это всё-таки были пресловутые масоны? Или тамплиеры? Или христианские фанатики?
И тут почти сразу все вспомнили о евреях. Кто, кроме них, сумел бы ещё до нашествия варваров вынести Великое Знание из горящих пирамид? Только они, предводимые Моисеем!
Под шумок египетской тьмы древние евреи, поменяв повсеместно штем¬пель «Таро» на штемпель «Тора» и сумев таким образом перехитрить таможенников, контрабандно перетащили исторические свидетельства на Синайский полуостров и сорок лет скрывали их, закопав в песок пустыни. Впоследствии крышку от хеопсова гроба представили как Ковчег Завета, а всё учение Таро превратили в Каббалу, поменяв рисунки карт на новоизобретённые в то время буквы!
Да-да, только они, более некому!
На фоне этого поистине всенародного горя особенно ярко высветилась фигура зловещей ученицы Эттейллы, некоей девицы Ленорман. Как и её учитель, рано разочаровавшись в парикмахерском искусстве, она увлеклась астрологией и гаданиями и начала делать предсказания одно ужаснее другого. Так, заглянувшему на огонек декабристу, носившему (что традиционно в Таро) сразу три фамилии: Лунин, Бестужев и Муравьев-Апостол, она предсказала безвременную смерть на виселице. Наполеону предсказала женитьбу на Жозефине. И т.д.
В конце концов, терпение Высших Сил истощилось, и зловещая Ленорман погибла, так же традиционно, одновременно от трех смертей: умерла в монастыре, отравилась и получила в толпе удар кинжалом от пожелавшего остаться неизвестным благодетеля человечества.
Однако свято место пусто не бывает. В это же время Эттейлла и де Гебелин, сговорившись, породили на свет аббата Альфонса Констана, хитро снабдив его дополнительно еврейским именем Элифас Леви. Эта хитрость удалась на славу: Леви, вникнув в кабалистику, тут же обнаружил, где скрывается хвостик украденного у человечества Таро — в еврейской азбуке!
По картам Таро здесь и там замелькали знаки иврита. И более того, остальные знатоки Таро, завидуя Леви, стали насаждать в Таро культуру символов самых разных народов и времен, коими они затейливо орнаментировали поверхность рисунка так, что в нём уже ничего невозможно стало разобрать. Вместо коней появились сфинксы, вместо одинокого путника на дороге — развесёлая компания с двумя дамами и Амуром во главе.
Сам Элифас Леви, как повествует нам Кавендиш, родился только приблизительно. Это произошло в 1810 году. Умирал он тоже приблизительно. 

Вначале в 1860 году, потом подумал, написал в 1861 году еще одну книгу и вторично умер в 1875 году, оставив по себе двух умных сыновей (Станисласа де Гюайту и Папюса). И еще Алистера Кроули, прозванного за свою способность к эманации духов «братом Пердурабо». Но о нём речь пойдет впереди.
Так вот...
Гюайта был скромный одинокий буржуа, на досуге интересовавшийся помимо Таро, еще и демонологией. За недолгую жизнь он издал несколько полновесных томов, о которых принято упоминать, но не читать. Единственным утешением в его жизни его был ручной демон, которого ОН держал в шкафчике на кухне, а по вечерам в образе черного кота выпускал гулять на улицу.
И вот однажды случилась ужасная беда—демон не вернулся с прогулки. Отчаявшийся Гюайта оббегал весь Париж, пока не узнал: некто Буле со своей двоюродной женою Жюли Тибо, сотворяя чёрную мессу, как раз в эту ночь варили и ели суп с котом (откуда и пошло это расхожее выражение)...
Разъяренный демонолог для выяснения отношений колдовским способом явился несчастному котоеду во сне. Буле, как пишет Кавендиш, стойко: встретил это нападение. К утру он был совершенно здоров и умер от стрела лишь сутки спустя.
Не такой была смерть самого Станисласа де Гюайта: он умер тихо и мирно, в своей постели от передозировки наркотиков.
Предварительно он подрался на дуэли с одним Буа, желавшим отомстить за своего друга Буле. Поединок закончился ничем. Затем Буа подрался еще и с Папюсом, который тоже был не лыком шит и наслал порчу на лошадей, а также на шпаги, которые никому не причинили вреда.


Века ХIХ-ХХ
 
Папюс был тоже мирным человеком, скромным врачом-гипнологом. а также неплохим компилятором книг по Таро. Историки затрудняются сказать, кто был истинным автором его трудов: то ли сам Папюс, то ли Кристиан или Леви, то ли многочисленные переводчики и «составители», приплетавшие ко всей этой слабо организованной массе сведений свои собственные измышления и доводы.
Погубила Папюса любовь к России. Мало того, что жена его близкого друга была русской, так его и самого неведомые силы занесли в 1916 году в Петроград, где он провел спиритический сеанс с царской семьей. Вызванный им из преисподней дух Александра III сурово отчитал сыночка за игру в карты, беспробудное пьянство и полнейший неинтерес к судьбам страны. 

Посте чего, вернувшись в Париж, Папюс неожиданно для всех взял и умер...
Тихий, спокойный адепт, никому не желавший зла, никогда не ввязывался в ту неприятную историю, которая происходила параллельно всем этим событиям в Англии. А происходило там вот что.
Вильям Винн Весткотт, очевидно, узнав о трагической кончине де-гюайтского кота, возомнил себя его реинкарнацией и основал в его память братство «Золотой Зари». Но его планам и деяниям завидовал другой деятель Таро и магии, некто Самуэль Лиделл Мяузерс, также претендовавший на эту должность.

Изгнав Весткотта,  он сам возглавил орден и в первую очередь принялся придумывать себе имена. То он был Матерс, то Мазерс, то шевалье МакГрегор, то граф де Гленстре... Благодаря этому, играя в мистические шахматы на четверых, он всякий раз играл за двоих, а то и за троих и всегда, к изумлению и восхищению всех адептов братства, одерживал неоспоримые победы.
Параллельно, руководя созданным им же самим коллективом имен, он обладал силой вызывать из глубин истории произведения, причем, именно такие, которые сама история считает утерянными. В этом ему неустанно помогал его американский друг, носивший также несколько имен: Уэйт, Вейт и Уайт, а также примкнувшая к ним Памела Колмен Смит.
Памела Колмен Смит была инопланетянка. Это следует из того, что у всех движущихся человеческих фигур, которые она изображала, не бывает правой или левой ноги, но они стоят друг за другом: первая и вторая. Если присмотреться, в иных изображениях ноги вообще гуляют сами по себе, никому в отдельности не принадлежа и т.д.
Состав «Зари» был весьма разнообразен. Помимо Брема Стоукера, вели¬кого охотника на вампиров, в ней в разное время числились скромный ирландский поэт, носивший четыре имени: Йетс, Йейтс, Йитс и Ейтс, а также еще одна явная инопланетянка Дион Форчун, по временам превращавшаяся в мужчину Джона Форчина. Бывал там по молодости и писатель Толкиен, впоследствии отразивший нравы общества в своей эпопее «Властелин Колец».
Ну, и вот, как только члены новоявленного братства сумели основательно перетряхнуть французскую версию Таро, поменять местами Арканы, переругаться с Освальдом Виртом и замириться с Папюсом, на сцене появился долгожданный Алистер Кроули.
С виду это также был человек спокойный и незлобивый, отчего его последователей можно назвать «кроуликами». Помимо занятий Таро, он был выдающийся шахматист, альпинист, наркоман, распутник и магистр магии. В предыдущих жизнях он кем только не перебывал! Как все кроулики, он был еще и человеком упорным и настойчивым в разгрызании вопросов и проблем. С его подачи в «Золотой Заре» произошел раскол. Кто-то был недоволен диктаторством Матерса-Мазерса, кому-то претило тихое интриганство «брата Пердурабо».
Чтобы одержать верх на противниками раз и навсегда, Кроули основал общество «АА» и женился на Розе Келли. Эта Роза помогла ему вызвать грозного демона, который предстал перед ними в длинном драповом пальто, кепке «тбилисский аэродром», жеваном красном галстуке, и тревожно озирался по сторонам.
Как тебя зовут, о демон? — вопросил его великий Кроули.
Айваз... — отвечал тот.
—- Меня зовут Алистер Кроули, — не расслышал великий маг. — А вас как зовут?
Айваз...
Меня зовут Алистер Кроули. А вас как зовут?
Айваз...
Так они препирались очень долго. Позднее этот эпизод лег в основу известной сценки Аркадия Райкина.
Удовлетворенный знакомством, Кроули велел демону начитать ему «Книгу Закона» и «Книгу Лжей» (отчего Роза Келли с горя запила, полагая от мужа совсем иных забот и занятий) и выпросил у демона парочку заклинаний, из которых в хорошем настроении напевал «Цицернак», а в плохом, желая послать врагам из «Золотой Зари» парочку магических пилюль — «Сулико», дескать, «долго я бродил среди скал, всё твою могилку искал...».
Что и привело, в конце концов, к смерти Матерса от сглаза и запоя. Радио тогда ещё толком не изобрели, а навязчивая мелодия всё звучала и звучала в ушах.
Уэйт, в свою очередь, использовал против Кроули революционную мантру Юлия Кима «Подойди, буржуй, глазик выколю!», которую узнал от побывавшего в России Папюса. Этим он удачно избежал сглаза и умер всего лишь за пять лет до смерти «брата Пердурабо».
 
Феликс Эльдемуров "Придворные Арканы Таро"